- А у тебя сабли нет.

- А я куплю.

- А у тебя денег нет.

- А я сначала куплю деньги, а потом на них куплю саблю.

- А где ты купишь деньги? - заинтересовался Никита.

- Как где? - удивилась Дунечка. - У папы.

- Сейчас мы вас догоним, - сказал Никита режиссеру, - у Дунечки ботинок расшнуровался.

- Что ты, Никиток, - сказала Дунечка, - совсем даже не расшнуровался.

- Это ты не чувствуешь. Ну-ка, стой.

Режиссер медленно пошла вперед, а Никита, опустившись перед Дунечкой на колени, прошипел:

- Молчи о халтуре, поняла?!

- Почему?

- По кочану. Много будешь знать - рано состаришься.

- А почему говорят <по кочану>, а не <по кочерыжке>?

- Евдокия, хватит! Поняла? У меня голова стала распухать. Пошли.

Никита сделал вид, что завязал Дуне новый узел на ботинке, и они побежали следом за режиссером.

- У вас были связи? - судья обратилась к Степанову.

- Какие?

- Интимные.

- Что вы понимаете под словом <интимные>?

- Вы не ребенок. Отвечайте, пожалуйста, по существу.

Если художник сразу добьется успеха, то он до конца жизни своей остается ребенком - во всех проявлениях, и его будет принимать именно таким та женщина, которая его полюбит. Настоящий художник останется и в зрелости одержим чувствами неистовыми и моментальными.

Если же путь к большому признанию был труден и сложен, тогда женщина, которая прошла с художником этот путь, привыкает к тому, что он делается постепенно многоопытным и мудрым, и не хочет ничего прощать, и перестает видеть в нем ребенка. И тогда, в какой-то напряженный миг неудачных поисков отчаянье захлестывает его, ищет себе выхода - яростного, бессмысленного и неразборчивого...

- Нет, - ответил Степанов после долгой паузы, - интимных связей у меня не было.

- Почему вы делаете такое многозначительное ударение на слове <интимные>?

- Потому что я отвечаю на ваш вопрос по существу.